Сделать домашней|Добавить в избранное
 

Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение
"Средняя общеобразовательная школа № 14 г. Уссурийска
Уссурийского городского округа"

 
Ждем Вас

НАШИ ВЫПУСКНИКИ О НАШЕЙ ШКОЛЕ И ГОРОДЕ

Автор: admin от 3-02-2015, 11:26

 

Я, Шебалева (Кривенко) Любовь Константиновна, родилась 30 июня 1940 года в городе Уссурийске Приморского края.

 Жили мы в Уссурийске сначала на окраине города возле радиостанции, а   в 1950 году маме дали комнату в двухэтажном деревянном доме на Ленинской улице №105. Печку топили дровами и углем, воду носили из ближайшей колонки. Но так, без особых удобств, жили тогда почти все жители города. Сейчас этого дома

 нет, его снесли в 80- годы. На этом месте находится здание Уссурийской таможни.

 

 

 

    Мой дом на улице Ленина № 105        

    

     1 сентября 1947 года я пошла в первый класс средней школы № 14 города Уссурийска Приморского края. Школа большая четырехэтажная, построенная до войны в 1938 году. Учеников много, по 40 человек в классе, занятия проходили в две смены.

 

 

 

 

 

 

 

Фото школы № 14 г. Уссурийска. 1957 г.

 

 

Когда я приехала в Уссурийск в 2002 году, через 45 лет после окончания школы, я едва узнала это здание. Оно было перестроено, достроено, перекрашено, но выглядело по-прежнему солидно и внушительно.

Кабинетной системы в мое время не существовало. Начальные классы занимались внизу, старшеклассники - на верхних этажах. Были только кабинеты физики и химии, куда мы ходили с удовольствием еще не только на увлекательные лабораторные работы, но и за то, что только в кабинете физики была киноустановка, через которую нам показывали учебные фильмы. На фотографии 1957 года три окна нашего класса на 4 этаже подчеркнуты.

Когда в 2013 году я снова побывала в родном городе, то с одноклассницей Тамарой Богдановой мы прошли по школьным этажам, постояли у дверей нашего класса. Конечно, здесь была уже другая школьная эпоха, другие ученики, которые и не догадываются о том, что 56 лет назад по этим школьным коридорам бегали их нынешние бабушки.

 

Тогда в классах стояли громоздкие деревянные парты, выкрашенные черной краской, на которой всякое выцарапывали школяры. В центре столешницы парты находилось углубление для чернильницы. Не у каждого ученика имелась особая чернильница-непроливашка, поэтому почти у всех учеников руки были вечно перепачканные фиолетовыми чернилами.

Самым скучным уроком мне казался урок чистописания, где нас учили с особым нажимом и наклоном выводить перьевой ручкой красивые буквы. Шариковые ручки появились позже. Мы увидели эти диковинки в конце 50-х,когда наши моряки- дальневосточники стали их привозить из Японии. Не сразу шариковые ручки разрешили в школах применять, серьезно опасаясь, что они испортят окончательно почерки детей. Сейчас уже даже учителя на красоту почерка учеников не обращают внимания, считая, что главным должна стать грамотность.

В послевоенное время обязательной школьной формы не было. В школу ходили в очень скромной одежде, в том, что родители смогли перешить, переделать из своей взрослой. Обязательная школьная форма появилась только в 1949 году.

Помню, мальчики носили такие своеобразные курточки, их почему-то называли «бобочками». Шили их в основном из разных кусков старых пальто, костюмов, юбок, гимнастерок. Портфелей, как мы сейчас их понимаем, тогда тоже практически не носили. Мальчики гордились армейскими планшетами, с которыми ходили в школу. Их отдавали ученикам отцы и родственники, вернувшиеся с фронта. Мне, помню, сшили какую-то серую холщовую сумку. Зато платье у меня было очень красивое. Отец участвовал в войне с Японией на территории Китая и оттуда в качестве трофея привез мне бархатное бордового цвета платье с белым воротничком. Жаль только, что нарисованные на бархате белой краской меленькие горошинки, обсыпались после стирки.

Не знаю, по какому принципу тогда формировали классы (никаких тестов не существовало тогда), но я попала в класс с буквой «А» из семи первых классов, и все десять лет до окончания школы наш класс считался лучшим по успеваемости и общественным делам. Учительницу начальных классов звали Зоей Григорьевной. Она была молодой, возраста наших мам. Много занималась с нами после уроков. Помню, однажды, когда после ее объяснения мы ничего не поняли и не смогли решить задачи, она села за стол, обхватила свою голову руками, не ругала нас, а заплакала. Мы были потрясены и потом старались изо всех сил не огорчать свою учительницу.

                Фото с папой 1948 г.

 

Училась я хорошо. Всегда числилась ударником учебным. Ударниками тогда называли учеников, которые учились на 5 и 4. Сейчас таких школьников называют скучным словом – хорошисты. Тогда в школе ударниками называли по аналогии с ударниками труда. Еще в 30 годы, в годы первых пятилеток, возникли стахановцы, ударные бригады, которые с энтузиазмом трудились, показывая результаты выше принятых норм.

Из учебных предметов предпочитала литературу и историю. Когда в 5 классе стали изучать историю древнего мира, очень мне все это понравилось, и я сказала, что буду профессором исторических наук. Ну не научным профессором, а Заслуженным учителем России я все-таки стала. Мне всегда нравилось возиться с детьми. В старших классах вызвалась быть пионервожатой. Почитала за честь, уже, будучи комсомолкой, повязав красный галстук, быть с моими малышами, которых водила в кино, театр, на стадион. Их учительница Мария Васильевна была уже в солидном возрасте и даже, как я сейчас понимаю, ревновала меня к своим ребятам, которые с радостью бежали ко мне и звали с собой на каток, на ледяную горку кататься на санках.

Одним из главных источников знаний того времени, на мой взгляд, было радио, Радиоприемники были обязательными в каждом доме и звучали с утра до вечера. Мы постоянно слушали литературные передачи, музыкальные спектакли, оперы, оперетты, выступления поэтов и рассказы об известных людях труда, науки, культуры, искусства. Очень много звучало классической музыки. Не учась в музыкальной школе (у мамы средств на пианино не было), я прекрасно разбиралась в классике, знала имена знаменитых русских композиторов, умела отличать Моцарта от Бетховена, Чайковского от Мусоргского. Новости по радио сообщались в основном с оптимизмом: нам рассказывали о трудовых достижениях народа. о новых комсомольских стройках, об освоении целины, о передовиках производства, успешном выполнении пятилетних планов и открытиях в области науки.

Посещение кинотеатра – это главное развлечение для детей нашего поколения. В центре Уссурийска было два кинотеатра, которые работали с 9 утра до позднего вечера с всегда заполненным залом. Я старалась посмотреть новый фильм одной из первых в классе, чтобы рассказать о содержании фильма и дать ему свою оценку. Порой приходилось сбегать с уроков, чтобы успеть взять билеты. Иногда мы всем классом сбегали на очередной нашумевший фильм. Особенно мы любили кинотеатр «Заря». Здание кинотеатра, построенное еще до революции в стиле модерн, особенно украшало центр города. Когда учились в старших классах и нас уже пускали на вечерние сеансы, мы любили приходить заранее, чтобы занять место в фойе и послушать наших уссурийских музыкантов, которые исполняли популярные песни и романсы. Шиком считалось посещение вечернего буфета в кинотеатре, хотя там предлагались скромные бутерброды и лимонад. Но было тогда принято - если парень приглашал девушку в кино, то обязательно чем-то надо угостить ее в буфете. Потом появились потрясающие пирожные - наполеон. Конечно, такое мы редко могли себе позволить. Мне мама покупала эти пирожные только ко дню рождения и великим праздникам, но никогда позже я не встречала нигде таких вкусных наполеонов.

Самым первым фильмом, который оставил неизгладимое впечатление для меня был фильм «Жила-была девочка». Это фильм о девочках- блокадницах, семилетней Насте и пятилетней Кате, снимался еще в блокадном Ленинграде, вышел в свет в конце 1944 года, значит я смотрела его в пятилетнем возрасте. Фильм рассказывал о моих ровесницах, об их голодной и холодной жизни в блокадном городе, о страшном под обстрелами путешествии на санках за водой к обледенелой проруби в реке Нева. Я смотрела его несколько раз со слезами. На таком фильме взрослело наше поколение детей войны. Жаль, что этот фильм не показывают по телевидению, хотя он по праву внесен в Золотой фонд кино.

Еще много раз смотрела «Золушку», »Каменный цветок», «Таинственный остров», и, конечно, мультяшки того времени: «Конек-горбунок», »Серая шейка», «Цветик-самоцветик», »Аленький цветочек», »Каштанка». В мои школьные годы наше поколение росло на таких фильмах как: «Дети капитана Гранта», «Трактористы», »Смелые люди», «Молодая гвардия», «Кубанские казаки», «Чапаев», «Веселые ребята», «Волга-Волга», « Цирк», «Два капитана», «Верные друзья», «Разные судьбы», «Весна на Заречной улице» и др.

Мои подружки собирали открытки с портретами известных артистов (тогда это считалось модным занятием). Я с интересом рассматривала их коллекции с фотографиями Валентины Серовой, Марины Ладыниной, Нонны Мордюковой, Людмилы Целиковской, Любови Орловой, Алексея Баталова, Николая Рыбникова, Татьяны Самойловой, Павла Кадочникова и многих других. Но сама я страстью к коллекционированию открыток и конфетных фантиков от редких московских конфет не страдала.

Потрясающими мы считали трофейные фильмы, привезенные из Германии после войны: «Мост Ватерлоо», «Багдадский вор», «Граф Монте-Кристо», «Большой вальс», «Серенада солнечной долины» и другие. Но для нас, школьников особое место занимали четыре приключенческих фильма о Тарзане, белом человеке, выращенном обезьянами, о захватывающих приключениях Тарзана в джунглях и проказах обезьянки Читы.

Но наиболее ярким впечатлением я считала посещение театра. В Уссурийске было два театра: городской драматический и ДОСА (Дом офицеров Советской Армии). Городской драмтеатр существовал еще с дореволюционной поры, а большой с красивыми а античном стиле колоннами построен после войны, ведь в Уссурийске находился штаб Дальневосточного военного округа. Красивый парк, разбитый вокруг ДОСА, нас привлекал танцплощадкой, куда молодежь ходила на танцы под духовой, а позже - эстрадный оркестр. На стадионе рядом с ДОСА проводились все значительные городские мероприятия, в которых мы, школьники, всегда принимали участие. Зимой - бегали туда на кататься на коньках.

 

 

Фото: на стадионе ДОСА 1956 г. воскресные дни в парке звучал военный духовой оркестр, и горожане любили там гулять. На одной из аллей парка до сих пор находится каменная черепаха. Археологи считают, что она из XII века, поставлена на могилу военачальника императорской фамилии эпохи чжурчьженей. Черепаха олицетворяла долголетие Бохайского царства. Сегодня она является визитной карточкой Уссурийска, и каждый житель города считал для себя обязательным сфотографироваться рядом с черепахой. Недалеко от черепахи в наше время стояло большое панно с изображением тигра, хозяина и символа уссурийской тайги. С тигром тоже все любили фотографироваться. Так, летом 1959 года мой друг Слава Яценко на фоне этих знаменитых уссурийских символов меня и запечатлел.

   

        

 

 

 

 

У каменной черепахи 1959 г.                      

 Фото с тигром

 

 

 

Сейчас каменная черепаха считается памятником мировой культуры. Над ней установлен навес. Территория облагорожена.

    Цены билетов в театр были тогда весьма доступными, и мы посещали практически все премьеры нашего театра. А коллективное посещение театра на каникулах считалось обязательным школьным мероприятием, после которого непременно устраивалось обсуждение в классе, а на уроке по литературе – написание сочинения. Такая обязаловка меня напрягала, потому что в зале становилось очень шумно, бестолково и пропадала особая театральная атмосфера. Я любила ходить в театр с мамой или с близкими друзьями. К нам в город часто приезжали на гастроли в основном театры Дальнего Востока и Сибири. Именно тогда я впервые слушала популярные тогда оперы, оперетты, смотрела балеты. Так балет Чайковского «Лебединое озеро» я впервые смотрела в исполнении прекрасной труппы Бурятского театра оперы и балета.

И хотя в городе был еще приличный стационарный цирк, куда мы обязательно ходили на все гастроли приезжих цирковых артистов, но все-таки театр для меня оставался главным культурным центром.

Самое мое любимое занятие с самого раннего детства – чтение книг. Я была записана во всех городских библиотеках. Каждую минуту искала возможность почитать. За чтением книг частенько забывала о домашних обязанностях, за что порой от мамы доставалось. Жюль Верн, Александр Дюма, Виктор Гюго, Купер, Ремарк, Мопасан, Алексей Толстой, Хэмингуэй и многое другое особо популярное в те годы вмиг проглатывалось. В нашем кругу считалось неприличным не знать и не прочитать книги знаменитых авторов.

Мы много тогда читали, наверное, и потому что не смотрели телевизор. В семьях телевизор стал появляться в середине 50-х годов, да и то не всякая семья могла позволить себе такую дорогую покупку. К нашим соседям набивался весь подъезд смотреть телепередачи, хотя телевизор был черно-белый, с крошечным экраном и ужасным изображением. Я не ходила на эти соседские телепосиделки. Впервые я смотрела телеконцерт в 1958 году в гостях у однокурсницы, у которой папа адмирал мог позволить иметь в доме приличный по тем временам телевизор.

Зато в те годы практически в каждой семье имелся патефон. Это такой небольшой чемодан с механическим устройством для проигрывания граммофонных пластинок. Мама постоянно покупала пластинки разного характера и содержания. Она рассказывала, что я с 3-х лет могла вставлять иголку, правильно выставлять мембрану на пластинку и механической ручкой заводить патефон. Я без конца слушала записи детских сказок, любила стихи Агнии Барто в исполнении знаменитой актрисы Рины Зеленой. С удовольствием мы слушали записи известных музыкантов и исполнителей: Надежды Обуховой, Сергея Лемешева, Ивана Козловского, Клавдии Шульженко, Лидии Руслановой, Петра Лещенко, Александра Вертинского, Марка Бернеса, Леонида Утесова, Владимира Нечаева и других популярных певцов. Жаль только, что пластинки часто бились, трескались. Но несмотря на щелчки и потрескивания мы могли бесконечно слушать «Вальс на сопках Манчьжурии», «Севастопольский вальс», танго »Брызги шампанского», фокстроты »Рио-Рита», «Кукарачча», мексиканские мелодии типа Бесаме муча и многое другое, что, кстати, не утратило и до настоящего времени своей красоты и гармонии.

Пластинка в ярком переплете, книга в специальном подарочном переплете, фотоальбом – вот что в основном считалось приличным подарком друзьям к дню рождения, причем обязательно с подписью. Так, у меня до сих пор хранится фотоальбом, подаренный к моему 16- летию и подписанный моей подружкой и одноклассницей Элей Глуговской. Альбому почти 60 лет. Это уже раритет и хранилище фотодокументов. В нем размещены скромные черно-белые фотографии того далекого времени. И чем дальше, тем с большим волнением рассматриваю фотографии своих родных, друзей, одноклассников, однокурсников. Есть фотографии хорошего качества, выполненные в фотоателье. Но редко кто тогда ходил к профессиональным фотографам. Больше любительских фотографий не очень хорошего качества, но искренних и естественных. Если сейчас у каждого в семье есть телефон с фотокамерой, то тогда фотоаппарат считался дорогим удовольствием и мало кто занимался фотографированием. Спасибо моему школьному другу Станиславу Яценко, фотографии которого я храню и считаю дорогой памятью о моей школьной юности.

В то время для внеклассных занятий детей организовывалось много кружков по разным интересам в школе, Доме пионеров, клубе юных техников. Причем, только за обучение в музыкальной и художественной школе требовалась дополнительная оплата, остальное – спортивные секции, кружки художественной самодеятельности, занятия в Доме пионеров и школьников – все было бесплатным. Что-то одно целенаправленное меня не привлекало. И я бегала по разным кружкам и секциям. Особыми талантами в пении, танцах. спорте я не отличалась, но в коллективных делах всегда принимала участие. Так, В 8 классе принимала участие в постановке танца «бульба», с которым наша группа танцевала даже на заключительном городском смотре художественной самодеятельности. Занималась в спортивных секциях по легкой атлетике и даже была в 9 классе капитаном школьной команды по волейболу.

В нашей школе много внимания уделяли хоровому пению. На занятия хора практически добровольно-принудительно заставляли всех ходить. И хотя мы иногда отлынивали от этой обязаловки, но всегда с великим энтузиазмом выступали на разных смотрах и концертах. Наш школьный хор выглядел очень солидно: мы в несколько рядов стояли на сцене. еле умещаясь на ней. Я не особенно помню, какие мы песни пели хором, но ощущение подъема и гордости было великое, когда исполняли «Гимн демократической молодежи» и величественный хор «Славься» из оперы Михаила Глинки «Иван Сусанин.

Школьные вечера для старшеклассников проводились тогда строго по определенной теме. После торжественной части разрешались танцы, но под контролем администрации школы. Музыка звучала или под баян, аккордеон, пианино или под записи пластинок на проигрывателе. Танцевали в основном вальс, польку, падеграс. Танго и фокстрот не рекомендовали, но мы к этим рекомендациям не очень прислушивались. Внешний вид тоже строго контролировался. На занятия мы ходили в одинаковых коричневых платьях, с черным фартуком и черными или коричневого цвета лентами в косах. Никаких фасонных стрижек, украшений, употребления косметики не допускалось, только аккуратно заплетенные косички, а на ногах - простенькие туфли с белыми носочками. На праздничные мероприятия надевали белые фартучки, повязывали белые ленты в косы.

 

 

В 7 классе. 1954 г.

 

В 8 классе. 1955г.

 

Но, иногда, нас радовали так называемым ситцевым балом. Наконец-то, мы могли вместо надоевшей школьной формы надеть яркое летнее платье. Даже проводились конкурсы на лучшее ситцевое платье. Побеждали, помню, платья с накрахмаленными нижними юбками и широкими поясами, завязанными пышным бантом. Сейчас понимаю, что такие ситцевые балы должны были унять наши комплексы: девчонки ведь мечтали не о ситцевых, а о шелковых красивых нарядах. Мы тогда носили в основном платья из ситца, сатина, штапеля. Но к десятому классу у меня все-таки появилось выходное, переделанное из маминого, крепдешиновое платье.

После кинофильма «Карнавальная ночь», который вышел в 1956 году, когда я училась в 10 классе, все наши девчонки помешались на нарядах с пышными юбками, как у Людмилы Гурченко. Черный лаковый пояс с блестящей застежкой мне прислала мамина подруга тетя Ася, и я с ним щеголяла еще в студенческие годы.

Здесь уместно вспомнить о стилягах. Стиляги появились в Москве в конце 40-х годов, но у нас на Дальнем Востоке появились позже, в середине 50-х, и не так ярко проявлялись, как в столице или центре страны. Стиляги – это молодые люди, сторонники американского стиля одежды, которые выражали протест против однообразия и заформализованнсти общественной жизни. Я не думаю, что наши приморские ребята сознательно выражали социальный протест. Они просто хотели выделиться из одинаковой серой массы, быть модными. Аляповатый, даже карикатурный вид первых московских стиляг с яркими широкими штанами, мешковатыми пиджаками, шляпами с выдающимися полями, галстук – пожар в джунглях у нас как-то особенно не проявлялся. Наши стиляги имели более элегантный вид: брюки - дудочки, взбитый кок на голове, узкий галстук - селедочка, обувь - полуботинки на толстой белой каучуковой подошве (манная каша), яркие носки, рубашки в гавайском стиле. Девушки стали ярче краситься, завивали волосы вокруг головы и укладывали в виде венца (прическа – венчик мира). Шиком считалось иметь редкую в то время авторучку. Танцевали рок-н-рол, буги-вуги, слушали джазовую музыку. Так как исполнителей модной зарубежной музыки не было на грампластинках, то популярными стали самодельные записи на рентгеновских снимках ( называли это «скелет моей бабушки»). Наш словарный запас пополнился сленгом стиляг: бродвей, чувак, чувиха, хилять, манюшки, туса, тусовка и др. И хотя со страниц газет критиковали стиляг и навязывали слоган «Сегодня слушает он джаз, а завтра Родину продаст», мы пропускали все это мимо ушей, Родину продавать не собирались, зато могли свободно самовыражаться. И если в Москве первоначально активно привлекали народные дружины к разгону стиляг, то у нас в Уссурийске ярко выраженных стиляг было немного. В школе, конечно, ругали за брюки-дудочки, набриолиненный кок, красные носки, но сильных преследований не помню. Да и время в середине 50-х наступило другое — ОТТЕПЕЛЬ.

В год смерти Иосифа Сталина мне было 13 лет. Я училась в 6 классе. Хорошо помню день 5 марта 1953 года, когда по радио известный диктор Юрий Левитан торжественно-скорбным голосом сообщил о смерти Иосифа Виссарионовича Сталина. Разница во времени с Москвой у нас семь часов, поэтому, когда прозвучало это сообщение, в Приморье уже было обеденное время. Я училась во вторую смену, собиралась на занятия. Мама была дома, почтальон как раз почту принесла, и, услышав это, зарыдала вместе мамой. Я скорее побежала в школу. У бюста Сталина, что стоял на площадке между первым и вторым этажами, нас встречали заплаканные учителя. Так плачут в семье, если потеряли близкого человека. Почетный караул из пионеров и комсомольцев у бюста Сталина, постоянно звучащий по школьному радио Реквием Моцарта, заплаканные глаза учителей и учеников, необычная тишина в школьных коридорах создавали необыкновенно скорбную атмосферу. Очень много значил этот человек для людей того поколения. С его именем победили в Великой Отечественной войне, с его именем строили новое социалистическое общество и мечтали о новой лучшей жизни. Как жить без него дальше? Вот вопрос, который все тогда задавали друг другу.

Но, как радовались его смерти семьи репрессированных в годы его культа личности, заключенные в лагерях ГУЛАГА, мы, дети, тогда даже не догадывались. Взрослые берегли нас, и такие вопросы при детях не обсуждали. Помню тот мрачный, с низкими тучами мартовский день, когда его хоронили. По всей стране в один час гудели пароходы, паровозы, машины, гудки всех предприятий. А так как Уссурийск был узловой железнодорожной станцией, и паровозов в депо стояло много, то гул стоял страшный. Все ученики стояли в ужасе на митинге у школы. Рядом со школой находился Уссурийский масложиркомбинат, откуда громко гудело все, что могло гудеть. Так страна прощалась со Сталиным.

Но быстро наступила весна. Жизнь продолжалась. У руля страны встал Никита Сергеевич Хрущев, который заверил, что будет верным продолжателем дела Ленина-Сталина. По радио победно сообщалось о трудовых победах 5- ой ( 1951- 1955гг) и 6-ой пятилеток. На южном Урале, в Казахстане и Западной Сибири началось освоение целинных земель. По всей стране шло небывалое широкомасштабное жилищное строительство, получили развитие новые отрасли – радиоэлектроника, приборостроение, активизировался процесс освоения природных богатств восточных районов Сибири и Дальнего Востока. В те годы вошли в строй крупнейшие в Европе электростанции: Куйбышевская, Сталинградская, Новосибирская, Иркутская. В 1954 году начала строится одна из крупнейших в Европе Братская ГЭС. В 1956 году объявлен призыв ехать на ударные комсомольские стройки Сибири.

Поэт Евгений Евтушенко напишет об этом времени: »Умирают в России страхи, словно призраки прежних лет…»

Октябренок, пионер, комсомолец – вот обязательные этапы, которые проходил каждый в советский период.

Октябрятами были школьники начальных классов. Символы - красный октябрятский флажок и значок в виде 5-тиконечной звезды с детским портретом Ленина. Класс делился на звездочки по 5 человек: командир, цветовод, санитар, библиотекарь и физкультурник. Вспоминаю Марш октябрят, который мы пели в строю:

Мы – веселые ребята,

Наше имя октябрята.

Так назвали нас не зря-

В честь победы Октября.

Все привыкли мы к порядку,

Утром делаем зарядку,

И хотим отметку «пять»

На уроках получать.

Нам не надо лишних слов.

Будь готов!

Всегда готов!

 

Мне, октябренку, мама выписывала специальные журналы: «Веселые картинки», «Мурзилка», которые я с подружками с интересом читала. В пионерские годы обязательной для всех была газета «Пионерская правда». Очень мы стремились стать пионерами. В пионеры принимали с 9до 14 лет, но не всех, а только лучших. Помню эту особую торжественную обстановку, когда на школьной пионерской линейке мы давали Торжественное обещание пионера, нам повязывали комсомольцы красный галстук, прикалывали пионерский значок, приветствовали салютом – поднятой рукой выше головы, означающим, что пионер ставит общественные интересы выше личных. Пионервожатая обратилась к нам с призывом: «Будь готов!» и мы с радостью кричали: «Всегда готов!». Помню, что домой в этот осенний день я шла с распахнутым пальто, чтоб все видели мой красный галстук.

Сбор макулатуры, металлолома, общественно-полезная работа, помощь младшим и старшим, участие в смотрах строя и песни, пионерских сборах, спортивных соревнованиях и, конечно, успешная учеба – вот чем наполнялись наши пионерские будни. Совет пионерского отряда являлся порой для нас и карающим органом, где строго обсуждали тех, кто плохо учился, нарушал дисциплину на уроках, не выполнял пионерские поручения. За неудовлетворительное поведение, хулиганство исключали из пионеров. Популярным было движение тимуровцев. Так в честь Тимура, героя книги Аркадия Гайдара «Тимур и его команда» называли пионеров, оказывающим помощь старшему поколению.

 

С мамой. Уссурийск 1953г

 

Но настоящую пионерскую жизнь я ощущала только в пионерском лагере. В загородный пионерский лагерь на станции Океанская, что под Владивостоком, меня мама отправляла каждое лето. Практически каждый школьник нашего времени побывал в пионерском лагере. Их тогда много строили, особенно крупные промышленные предприятия для детей своих работников. Путевки оплачивал профсоюз, поэтому родители с удовольствием отправляли своих чад в лагерь: дети все лето были заняты, накормлены, присмотрены.

Жизнь в пионерском лагере строго регламентировалась: утренняя зарядка, построение на линейке, дежурство в столовой, уборка территории, походы в лес, купание в море, занятия в кружках по интересам, вечерний пионерский костер, участие в постоянных конкурсах, смотрах – все это было расписано по часам и не давало возможности болтаться без дела. По большому счету каждый мог проявить свои способности, научиться чему-то новому, а главное – учиться жить в коллективе, быть членом команды. Конечно, не все выдерживали строгих порядков, некоторые пытались убежать. Родители порой досрочно забирали тех, кто жаловался. Но, помню, что потом ребята сожалели о своем бегстве из лагеря.

О жизни в пионерском лагере у меня остались самые хорошие воспоминания. Во-первых, я все лето проводила у моря, купалась вдоволь, что в Уссурийске было невозможным. Во-вторых, нравилось интересное общение с новыми ребятами, веселые мероприятия. Надо признать, что это являлось хорошей школой воспитания коллективизма.

 

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий
Информация
Комментировать статьи на нашем сайте возможно только в течении 1 дней со дня публикации.
 

Добро пожаловать
на сайт школы